Плакат гласил: "Проекты вечных двигателей не рассматриваются". - Вся штука в том, что он работает, - усмехнулся Таратар. Он вынул из объемистого портфеля коробку, из коробки достал изобретение Сыроежкина. По непонятной причине лампочка все еще светилась. Физик оторвался от клавиш, внимательно осмотрел изобретение. - Понятно, - вежливо произнес он. - Школьный прибор. Вертишь за ручку лампочка горит. - Правильно, - обрадовался учитель. - Крутишь и горит. Но эта лампочка горит уже три часа. Теперь усмехнулся сотрудник: - Не может быть. Сейчас она погаснет. Подождем несколько секунд. Присядьте, пожалуйста. Они присели возле стола. Физик кивком головы указал на бумаги. - Проекты вечных двигателей. Бездарная трата свободного времени. Но на каждое письмо надо ответить. - Сочувствую, - пожалел физика Таратар. - Ничего, у других бывает и похуже, - неопределенно ответил физик. Посылки нам, правда, не присылают... Но ваш случай наилегчайший. Собеседники говорили еще несколько минут о значении открытия электричества, об Эдисоне, о том, что недавно на Марсе зажгли лазером маяк... Научный сотрудник явно нервничал, поглядывая то на часы, то на лампу. Лампочка светилась. - Простите, в этой вашей штуке нет другого источника электротока? поинтересовался научный сотрудник. - Как видите, отсутствует. - Непонятно... Подождите, пожалуйста. Я скоро вернусь. Он бережно уложил двигатель, ушел с коробкой. Таратар читал развешанные на стенах фотокопии документов. Это были постановления академий наук разных стран о тех задачах, которые не рассматриваются учеными. Самый первый документ, датированный 1775 годом, был принят Парижской академией: "Отныне и впредь не рассматривать представленных разрешений задач удвоения куба, трисекции угла, квадратуры круга, а также машин, долженствующих осуществить вечное движение..." Прошли столетия, а сотрудник все еще отвечает на письма неуемных изобретателей... Вернувшись, физик протянул коробку Таратару: - Простите, как ваше имя и отчество? - Семен Николаевич.